ОМОН

Первый командир ОМОНа, а ныне председатель Совета ветеранов ЦСН генерал-­майор милиции Дмитрий Иванов отмечает своё 80-­летие. Накануне юбилея Дмитрий Васильевич делится воспоминаниями о былых годах.

Он родился 10 июня 1935 года в деревне Гриднево Калужской области. Отец Дмитрия Васильевича трагически погиб в 1941 году ещё до начала боевых действий. Говорить о военных событиях ветеран не любит, но, махнув рукой, всё же приступает к рассказу. Первая встреча с фашистами произошла на Рождество. Старшие братья Дмитрия сотрудничали с партизанами. Увидев у ворот дома два вражеских автомобиля, оба были вынуждены спрятаться.

Как вспоминает Иванов, немецкие солдаты, обходя дома в поисках провизии, забирали лишь половину запасов. Но через день прибыла другая группа. Завидев на улице женщину в валенках и старенькой шубе, фашисты отобрали у неё тёплую одежду. Солдаты, врываясь в дома, переворачивали всё вверх дном, обшаривали каждый уголок. Так, в доме Ивановых обнаружили сундук с двойным дном, где братья прятали патроны. Всю семью — мать, обеих бабушек и детей — выволокли на мороз, где они простояли почти полчаса без верхней одежды под прицелом автомата немецкого солдата. Их спас случай. Выяснилось, что фашисты перепутали деревню. После непродолжительных споров они умчались разорять соседние поселения.

После войны семейство перебралось в шахтёрский посёлок Тульской области. В 12 лет парень начал трудиться на шахте, куда отправился вслед за старшим братом — заместителем начальника шахты.

Пришло время служить в армии. Дмитрия пригласили в военкомат в город Суворов и предложили службу на флоте. Она требовала особой подготовки, поэтому в течение нескольких месяц трижды в неделю молодой парень ходил по 5 км из родного посёлка до города, чтобы изучить премудрости военно­-морского дела. Срочную службу Иванов проходил в Кронштадте, где стал командиром артиллерийской команды, дослужился до мичмана, ходил на эскадровом миноносце «Славный». Он дважды принимал участие в испытании атомной бомбы в районе Новой Земли. Корабли вставали на якорь на разном расстоянии от ледника, служившего мишенью. Самолёт сбрасывал бомбу на цель, от поражения ударной волной экипаж прятался в трюм. Айсберг — ледяная глыба, которую и взором невозможно было охватить, исчезал бесследно. После второго испытания атомной бомбы весь экипаж был направлен в госпиталь в Любаву для прохождения лечения на 60 суток.

После демобилизации Иванов записался в Рыболовецкий флот России, с которым планировал связать дальнейшую жизнь, прошёл обучение по специальности, но судьба распорядилась иначе. Замполит предложил молодому человеку отправиться в Москву для прохождения службы в милиции. «Да какая милиция?» — возмутился мичман Иванов. Возмутился, но поехал. В 1958 году его приняли на службу в резервный полк.

— Командиры добились открытия в резервном полку милиции филиала 105-­й школы рабочей молодёжи. За плечами у меня было всего 7 классов образования. Спустя неделю обучения завуч пригласила меня в кабинет и сказала: «Знания мы твои проверили. Нечего тебе в 8 классе делать — потянешь сразу 9, а то и 10 класс». Я отпирался, мол, как так проскочить целый год, но в итоге согласился на 9 класс.

В резервном полку милиции, который позже был переименован в оперативный, Дмитрий Васильевич прошёл все ступени милицейской службы, дослужился до генерала.

В столице он повстречал свою будущую супругу Лидию. Заботливые родители приложили все усилия, чтобы воспитать сыновей Анатолия и Сергея настоящими мужчинами. Спустя годы оба пошли работать в уголовный розыск.

Время бежало, Дмитрий Иванов становился профессиональным руководителем и неоднократно на деле подтверждал своё умение качественно организовать работу подчинённых. Серьёзным испытанием для подразделения стали Олимпийские игры­ 80-х, но со своей задачей сотрудники справились на отлично.

Грянула перестройка. На улице стало появляться всё больше митингующих и протестующих. Во время одной из таких демонстраций Иванова вызвали в штаб, располагавшийся возле храма Христа Спасителя.
— Я прибыл в штаб, а там заседание руководства страны: председатель Президиума Верховного Совета СССР Андрей Громыко, министр внутренних дел Александр Власов, председатель КГБ Виктор Чебриков и генеральный прокурор Александр Рекунков. Я немного растерялся от неожиданности, не мог понять кому докладывать.

Представляя Иванова руководству, сказали о нём следующее: «Лучше этого полковника никто не знает, что нужно делать». Громыко обратился к Дмитрию Васильевичу.

— И что же делать?

— Нужно создать спецподразделение и научить сотрудников, как вести себя в чрезвычайных ситуациях, как общаться с агрессивной толпой, — ответил Иванов.

— Научим, — твёрдо сказал Громыко. — А вам доверим создание и развитие такого подразделения, — указал на Иванова Андрей Андреевич.

23 октября 1987 года вышел соответствующий приказ о создании на базе 2­-го полка патрульно­постовой службы Отряда милиции специального назначения ГУВД г. Москвы. В короткие сроки были разработаны все необходимые нормативно-­правовые документы, утверждена структура, штат подразделения, создана тренировочная база. «Новобранцы» в течение 6 месяцев проходили подготовку. Сотрудникам была выдана новая форма, в которую входили береты и тельняшки.

— Мы опирались на опыт зарубежных коллег, я выезжал в рабочие командировки. Был в Англии, Соединённых Штатах, Польше, Канаде. Особое впечатление на меня произвела подготовка австрийского спецназа «Кобра» и немецкого отряда «ГСГ­9». Наша задача осложнялась тем, что параллельно мы продолжали осуществлять охрану общественного порядка в городе.  Позднее опыт первого отечественного ОМОНа перенимали в других регионах Союза, — рассказывает Дмитрий Васильевич.

Неоднократно профессионализм опытного, готового взять на себя ответственность руководителя подвергался испытаниям.   Иванов с честью их выдержал. Зимой 1991 года многотысячная толпа митингующих двинулась от Белорусской площади в сторону Кремля. Дмитрий Васильевич получил приказ: остановить демонстрантов и убедить разойтись по домам. Была предпринята попытка преградить путь толпе на улице Горького спецтехникой, но люди начали штурмовать автомобили, и тогда Иванов понял, что тактику нужно сменить, иначе не избежать большого количества жертв. Он принял решение создать коридор и пропускать людей небольшими группами, чтобы «разбить» агрессивную массу. Сработало. Высвободившись из­-под влияния действовавших в толпе подстрекателей, многие демонстранты сами стали расходиться по домам. До Пушкинской площади толпа так и не добралась. В тот день Иванов чуть не лишился погон в буквальном и переносном смысле. Их обещало сорвать руководство за «своенравность», а сорвали митингующие, когда Иванов, стремясь отрезвить разбушевавшуюся толпу, вышел к ним в одиночестве. На следующий день на собрании в МВД члены коллегии жали полковнику руку и благодарили.

В 1993 году Дмитрию Васильевичу Иванову было присвоено звание генерал­-майора милиции. Штатная численность подразделения превысила 2000 единиц, и было необходимо задуматься о переезде. Иванов вплотную занялся обустройством городка ОМОНа в Строгино. Проект поддержал Юрий Лужков, который еженедельно посещал стройку и лично следил за подготовительной работой.

1995 год Чеченская война. Иванов получил приказ в кратчайшие сроки сформировать сводный отряд для отправки в горячую точку. Он и сам не раз сопровождал личный состав в командировках.

— После отъезда очередной группы ко мне в кабинет зашёл сотрудник — водитель. И с досадой спросил: «Что ж я не мужик что­ли? Всех воевать отправили, а меня не взяли». У него пятеро детей было, ну не мог я его в Чечню послать. Позже он пришёл с женой, она дала добро на командировку, но я всё равно не разрешил ехать. Спустя несколько лет, уже будучи председателем Совета ветеранов, я давал перед отъездом другому отряду наставления и встретил на плацу этого водителя. Он мне сказал: «Вы не отпустили, а я всё равно ездил». Оказалось, его поездку Вячеслав Алексеевич Козлов одобрил, который тогда руководил столичным ОМОНом. Такие у нас самоотверженные ребята служат.

Несмотря на звания и должности, генерал всегда стремился относиться к окружающим как к равным. Его ценило руководство, уважал личный состав, о котором он по­ отечески заботился и никогда не давал в обиду. Посетив квартиру одного из подчинённых, Дмитрий Васильевич вызвал его в кабинет и попросил, чтобы тот немедленно подал рапорт на предоставление служебного жилья. Его поразило, что семья, состоящая из пяти человек, ютится в однокомнатной квартире.

В 1998 году Дмитрий Васильевич вышел на пенсию, но со своей «второй семьёй» (как он сам называет ОМОН), конечно, расстаться не мог. Сейчас он возглавляет Совет ветеранов московского ОМОНа и является членом правления Благотворительного фонда «Петровка, 38». Он оказывает помощь ветеранам органов внутренних дел, семьям погибших сотрудников, делится опытом и знаниями с молодым поколением.

Руководство и личный состав Центра специального назначения ГУ МВД России по г. Москве поздравляет Дмитрия Васильевича с юбилеем, желает ему долголетия, крепкого здоровья и поддержки со стороны родных и близких.